Лавров закрепил влияние России на Ближнем Востоке

Ближневосточное турне Сергея Лаврова было нацелено на решение нескольких ключевых для России задач. Во-первых, на укрепление двусторонних отношений с каждой из четырёх стран Персидского залива. После начала сирийского конфликта Катар, Саудовская Аравия и Эмираты выступили решительно против союзника Кремля Башара Асада. Однако с 2015 года сирийский лидер при помощи ВКС России показал суннитским монархиям, кто в регионе «хозяин». Все курируемые катарцами и саудитами боевики сейчас согнаны в провинцию Идлиб.

С другой стороны, после 2017 года в суннитском мире начался раскол. Саудовская Аравия объявила Катару бойкот за его «поддержку террористов» и связи с Ираном. Осенью 2018-го, после убийства саудовского журналиста Джамала Хашкаджи в стамбульском консульстве, этот раскол только углубился. Катарский канал «Аль-Джазира», который саудовские власти обвинили в поддержке терроризма, запустил мощную кампанию по признанию вины кронпринца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Салмана в убийстве. К обвинениям Катара присоединилась и Турция.

Ослабевшее ввиду этих двух процессов влияние монархий Залива вкупе с начавшимся выводом войск США из Сирии создаёт вакуум силы, который будет заполнять Россия.

По итогам встречи эмира Катара Мухаммеда бен Абдель Рахман Аль Тани с Сергеем Лавровым стороны подтвердили интерес к координации своих шагов на рынке энергоносителей, включая взаимодействие в рамках Форума стран – экспортёров газа. За последние годы связи Москвы с Дохой укрепляются. Авиакомпания Qatar Airways собирается до конца 2019-го выкупить 25% акций аэропорта Внуково, а Катарский суверенный фонд распоряжается 19-процентной долей «Роснефти». ЛУКОЙЛ, «Зарубежнефть», «Газпром» и «Новатэк» проявляют интерес к нефтегазовым проектам в Катаре.

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров и министр иностранных дел Катара Мухаммед бен Абдель Рахман Аль Тани. Фото: STR/EPA/TASS

Доха заинтересована и в сотрудничестве с российским оборонным сектором. Однако из-за угроз санкций со стороны США Катар пока не спешит покупать ЗРК С-400. «Пока не достигнуто понимание по покупке C-400, работают технические комитеты», – заявил Аль Тани на брифинге с Лавровым.

Эти же системы ПВО у России закупает Саудовская Аравия. Договор подписан ещё в 2017 году, но поставки пока не начались. С Эр-Риядом Москва активно работает в направлении регулирования мировых цен на нефть, которые Дональд Трамп каждый день пытается обрушить через Twitter или даже напрямую угрожая королю Салману. В беседе со своим саудовским коллегой Аделем аль-Джубейром российский министр договорился «координировать шаги на мировом рынке нефти» в формате ОПЕК+. Эксперты сейчас обсуждают планы России и Саудовской Аравии создать «мини-ОПЕК», где два крупнейших добытчика нефти в оперативном порядке будут принимать решения по сокращению добычи нефти.

Активизация экономического сотрудничества касается Кувейта и Объединённых Арабских Эмиратов. Лавров отметил, что Российский фонд прямых инвестиций и Кувейтское инвестиционное агентство работают над десятками проектов на сумму до 200 млн долларов. С ОАЭ Россия уже реализовала дюжину инициатив, оцениваемых в 2 млрд долларов, и собираются наращивать объемы. Импульс этому придаёт и отмена виз между Россией и ОАЭ, вступившая в силу 17 февраля. Осенью на МКС отправится первый эмиратский космонавт.

Вторая часть миссии Лаврова была посвящена Сирии. Россия предпринимает активные шаги по возвращению Дамаска в Лигу арабских государств (ЛАГ), откуда её выгнали с началом гражданской войны в 2011 году. ОАЭ уже открыли в Сирии своё посольство, то же самое планирует сделать и Бахрейн. «Лёд тронулся», но пока с признанием Башара Асада «заливники» не спешат.

В каждой из столиц, которую посетил Лавров, он обсудил перспективы реабилитации Сирии в ЛАГ, но единодушия по этому поводу у арабов нет. В Катаре и Эр-Рияде признание Дамаска связывают с политическим прогрессом по сирийскому урегулированию.

Причины, которые привели к этому, до сих пор существуют, пока ничего не произошло, чтобы изменить это решение,

– отметил глава МИД Катара Мухаммед бен Абдель Рахман Аль Тани. Его эмиратский коллега шейх Абдалла бен Заид Аль Нахайян говорил, что Сирия только в начале пути к возвращению в «арабскую семью». Более оптимистично смотрит на ситуацию Кувейт.

Мы выступаем за возвращение Сирии к нормальной жизни, в арабскую семью,

– сказал вице-премьер и министр иностранных дел Кувейта Сабах Халид аль-Хамад ас-Сабах.

Политический процесс после сочинской конференции в начале 2018 года активизировался. Было принято решение создать конституционный комитет с участием членов оппозиции и правительства Сирии. Однако спустя год процесс затормозился. Европейские страны, включая Францию и Британию, склоняют ООН к тому, чтобы она отклоняла отдельные кандидатуры в комитет.

Красной нитью в ближневосточном турне Лаврова проходил и вопрос арабо-израильского урегулирования. Российский министр подтвердил, что инициатива встречи лидеров Израиля и Палестины в Москве всё ещё в силе. «Мы считаем, что это было бы очень важным шагом в деле восстановления доверия», – заметил он. В то же время Лавров предостерёг своих коллег из Залива об опасности «сделки века», которую региону пытается навязать Трамп.

Президент США Дональд Трамп. Фото: www.globallookpress.com

Этот произраильский план подразумевает решение палестинской проблемы на основе принципа «двух государств», но легализует израильские поселения на Западном берегу реки Иордан. План Трампа идёт вразрез с резолюциями СБ ООН и Арабской мирной инициативой, осуждающими аннексию палестинских земель.

Ближневосточное турне Лаврова – ещё один шаг по продвижению экономических проектов России и стран Персидского залива, регулированию цен на нефть, легитимации Асада и для закрепления влияния Москвы в регионе.